По пятам.

Праздник.

Воскресный день.

Стройный призыв благовеста разливается среди утренней тишины...

Толпа народа. И стар, и мал снимают фуражки, шляпы, делают крестное знамение...

Идут два старца. Голос их тих и скромен, как журчание ручейка среди полей...

Шаги их робки и неуверенны.

Они крестятся и, остановясь, читают:

— О вреде алкоголизма...

— Как все неуместно!.. Кощунственно... — дрожащим голосом проговорил первый.

— Что неуместно? — переспросил второй.

— Да, вон, позвякивание рюмок...

— Ты что, насчет Соборнова что ли? А?

— Да. Прислушайся... Здесь благовестят... а там — рюмками чокаются... Понимаешь неуместно этот трактир стоит... Смотри сколько народу собралось у кабака... И понятно... молодежь, мастеровщина... Господи Твоя воля!.. Соблазняются... Идут к обедне, встречаются дорогой и, вместо обедни, попадают к Соборнову...

— Эх, грехи наши!.. Сам я тоже самое проделывал, когда помоложе был... А все-таки нехорошо... стыдно нам, православным, попустительства такие делать...

— Старцы помолчали.

— А о закрытии его или о переводе — вопрос, Федотыч, не поднимался?

Кажись, по этому поводу какое-то заседание было?

— Да, анамеднись было... Предполагают закрыть, кажется, четыре трактира... Говорят за то, что близко стоят к церкви и к выездам... Мужички того... заглядывают...

— А ты читал, что благовещенская приходская школа даже вывеску сняла... Стыдно, знать, им стало, что школа и кабак, почитай, под одной крышей находятся... А ведь, по-моему, на этих улицах кабакам-то находиться более чем некстати...

— Не наше дело... Но все же нехорошо, а тем более, что Соборнов находится против монастырской обители... да в переулке есть еще церковь...

— Ну, пойдем, — а то запоздаем, чай к обедне... А что, разве не могут жители возбудить ходатайство о закрытии трактира?

— Пора там... стыд — не дым, глаза не точит... Дела Твои Господи!...

Они ушли, а глухие слова их потонули в пространстве... 

Мефистофель.

* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.