Именины „красных шапочек“

Сегодня наши «красные шапочки» — именинники. Девять лет стоит наш славный «снегирь» на страже революционной законности и общественного порядка.

Подытоживая девятилетнюю работу нашей милиции и признав ее работу вполне удовлетворительной, не обойдем, однако, и кой каких пятнышек.

К примеру сказать, спанье на посту бывает?

— Случается, — почесав затылки, вздохнут некоторые товарищи. Не откажетесь, милые. В стенгазете «Красный милиционер» № 8 один такой франт во всей красе изображен. Лежит это себе, сердечный, на лавочке, да похрапывает, а на него этакий большущий вопросительный знак вроде «святого духа» нисходит. Найдется с десяточек таких, что сверх меры театром и кино увлекаются. До того иной раз такой театрал рот разинет на сцену, или экран, что даже хулиганы обижаются на творящийся кругом беспорядок.

Бывают такие товарищи, что в свободное время считают себя вроде как уволенными. Идет скажем, такой паренек по улице, а другой милиционер, как рыба об лед бьется с каким-нибудь лихачем-кудрявичем. Постовой потом обливается, а свободный и в ус не дует, идет себе мимо... наша, мол, хата с краю.

Случается, что идет туляк по улице и вдруг из-за угла... коровья голова... вот тут и рассуждай, в каком буренушка настроении; что, как пошутить вздумает, да под дыхало боднет. А постовой ворон считает.

Часты такие случаи? — редки.

А теперь, послушайте, что бывает каждый день.

В отделении сидят дежурный и резервные. В углу тяжело дышат две кучи грязного тряпья. Это взятые во время кражи беспризорные. При задержании визжали, кусались, ругались... Завтра их нужно отправить в Губоно. С шумом распахивается дверь. Два милиционера с трудом тащат вдрызг пьяного гражданина. Из-за пазухи торжественно извлекается «монах» (бутылка водки). Оглушительный мат в бога, черта, небо, богородицу... Не успели этого увести, следующий уже гремит кулаком по столу и отчаянно вопит: — за что боролся?

— Почему других не задержали, а меня одну? — визжит беспатентная торговка яблоками. Следом вводят мелкого мазурика, подделавшего чек в магазине. По правилу, перед посадкой, у него отбирают на хранение деньги.

Дежурный тут-же пересчитывает деньги и обʼявляет: — 80 копеек.

— Нет, как будто, больше, — нагло ухмыляется жулик и начинает сам считать. Оказывается правильно. Но молодчик не унимается и опять считает — на измор берет.

Всякий может вспылить, у всякого есть нервы, но милиционеру нужно быть вежливым, а то сейчас же в держиморды попадешь.

Вводят еще и еще. Все одно и то же... благородное негодование, фантастические оправдывания, бутылки, запах перегара и ругань, ругань — без конца. И с каждым надо обʼясняться, уговаривать, усовещевать, а главное — вежливость и вежливость... всем разрешается иметь нервы, но только не милиционеру.

Не теряются-ли эти перечисленные выше грешки, как мелкие песчинки в необʼятном море тяжелых обязанностей. Как вы думаете, граждане?

Итак, да здравствуют наши «красные шапочки!» 

В. Питерский.

* Цитируется с сохранением орфографии и пунктуации первоисточника.